Трудно представить, что Франциско Коста, выросший в маленьком бразильском городке (хотя и в семье, недалекой от мира моды), с детства знал, какая у него будет карьера. И эта карьера в некотором смысле сейчас только начинается. В начале 1990-х гг. молодой иммигрант прибыл в Нью-Йорк и был в восторге от большого города

Английский дизайнер Гарет Пью воп­лощает на подиуме борьбу светлого и темного так, что страсти мексикан­ских сериалов меркнут.

Представьте себе сплошной комбинезон, похожий на термокостюм для плавания, поверх него платье в шахматную клетку с пышной юбкой и крупные оже­релья в виде геометрических фигур. Голова и лицо модели спрятаны черной маской из латекса. При виде такого артефакта одни восхищенно аплодируют, а другие нервно нащупывают валиум в собственной сумочке

Ее карьера началась в Санкт-Петербурге. В городе со своей особой атмосферой, где классицизм и ампир сосед­ствуют с дворами-колодцами, интеллигентность — с нефор­мальностью, а память о Брод­ском и Довлатове — с современ­ными подвигами Собчак и Урганта.

Алена Ахмадуллина взяла от Петербурга все в переносном и буквальном смыслах. Она реа­лизовалась в Северной столице как художник, но ей отчаянно не хватало коммерческой состав­ляющей

Несколько лет назад у Анны Винтур, главы американского Vogue (прототипа Миранды Пристли в фильме «Дьявол носит Prada»), самого влиятельного редактора в мире моды, не было времени, чтобы посетить все миланские показы. И тогда Национальная палата моды Италии спрессовала все самое важное в те три дня, что Анна была в Милане. Проработав в моде двадцать лет, она редко ошибается, но иногда ее отрицательное мнение складывается из весьма субъективных причин: например, плохого настроения или неудобных туфель.

Другой авторитет в сфере модной журналистики — Сюзи Менкес, бессменный редактор рубрики «Стиль» в Herald Tribune, женщина с железной волей, редким самообладанием и узнаваемым имиджем: ее каре и кок уже зарезервировали себе место в истории моды

Компанию Bally основал в 1851 году Карл Франц Балли (Carl Franz Bally) в Шоненверде (Schönenwerd), Швейцария. Карл унаследовал семейный бизнес по производству лент и тесьмы, но после поездки в Париж, вдохновленный изящными модными туфельками, понял, что сможет начать промышленное производство модной обуви. Купив в Париже несколько самых красивых моделей для своей жены, предприниматель вернулся в Швейцарию, где собрал лучших местных мастеров и довольно быстро стал лидером зарождавшейся европейской обувной индустрии.

Bally начинает экспорт своей продукции в Южную Америку, и к 1864 году оборот компании достигает 1 миллиона швейцарских франков