Считается, что прообраз носков появился в Древней Греции, и представлял он собой нечто похожее на шлепанцы из мягкой кожи, закрывающие пятки и пальцы ног. Женщины не спешили демонстрировать эту деталь туалета на публике – кожаные носочки считались ночной одеждой , их надевали при отходе ко сну. Ну а древнегреческого мужчину, который рискнул бы показаться на людях в подобном одеянии для ступней, подняли бы на смех. Этим пользовались актеры-комики, прекрасно знавшие, что их появление на сцене в кожаных носочках спровоцирует взрыв веселья.

Затем носки (как и многое другое) перекочевали из Греции в Древний Рим. Наверное, они еще долго считались бы исключительно женской деталью туалета, если б не британские воины. Именно они, увидав на ногах у римлянок кожаные штучки, решили, что те могут вполне сгодиться и для ратного дела. Воинственные островитяне, стиравшие во время долгих переходов ноги, усовершенствовали заморскую конструкцию и стали надевать внутрь своих грубых башмаков.

Когда через сто лет вышедшие из Рима носки вернулись обратно в Вечный город, мужчинам уже не считалось зазорным щеголять в них, а поэт Марциал даже воспел этот предмет туалета, назвав прибежищем для стоп из ткани . Носки в то время больше походили на современные гольфы – они закрывали почти всю голень. В дальнейшем из столетия в столетие носки поднимались всё выше – пока не превратились в чулки. Они весьма понравились католическим священникам, и в четвертом веке белые льняные чулки сделались обязательным атрибутом их костюма. Миряне не сразу решили последовать за попами, но постепенно привыкли и к чулкам. К тому времени чулки шили из шерстяных и других тканей; они плохо сидели на ноге, морщились, собирались в складки.

Вязаные чулки впервые появились в Испании в XVI веке. Вязали их вручную и украшали вышитыми цветными вставками. Такие чулки ценились настолько высоко, что их было не зазорно и королю подарить – английский король Генрих VIII, например, получил такой подарок. Вообще, в средние века чулки были необходимым предметом одежды, в холодное время мужчины надевали сразу по дюжине пар. Известно, что тогда, как правило, вязанием занимались мужчины, а не женщины.

Нелегкая судьба выпала изобретателю чулочно-вязальной машины – магистру философии, выпускнику Кембриджа Уильяму Ли. Он в 1589 году создал машину, которая была способна делать в минуту тысячу двести петель – вместо ста при обычной ручной вязке. Чудо-машина была показана королеве. Но Елизавете I не понравилось, что машина вяжет лишь грубые шерстяные чулки, а не тонкие шелковые для аристократов. В выдаче патента Ли было отказано. Тогда он построил машину и для вязания шелковых чулок, однако ни Елизавета, ни ставший после ее смерти королем Яков I так и не проявили к ней интереса. Отчаявшемуся изобретателю ничего не оставалось, как принять приглашение французского короля Генриха IV и переселиться во Францию. Вместе с братом, восемью рабочими и восемью машинами Уильям Ли обосновался в Руане, где неплохо был принят местными властями. Однако внезапная смерть Генриха IV от руки убийцы ознаменовала крушение всех его надежд: Мария Медичи лишила протестанта Ли какого бы то ни было покровительства. Впавший в нужду изобретатель отправился в Париж, где и умер от сердечного приступа. Но все-таки Ли можно считать основателем французской трикотажной промышленности: первые тысячи пар чулок были связаны на машинах ремесленников-протестантов.

В конце XVIII во Франции изобрели круговую трикотажную машину, вязавшую полотно в виде трубы. Чулки машинной вязки быстро вытеснили ручные изделия, так как были гораздо дешевле. Французская революция, заменив кюлоты длинными штанами, казалось, обрекла чулки на исчезновение, но придворный костюм времен наполеоновской империи вызвал их из небытия. И только всеобщая мода на панталоны (после 1815 года) окончательно расправилась с мужскими чулками. Они начали укорачиваться, укорачиваться, укорачиваться... пока опять не превратились в носки. А окончательно укоротились во время Первой мировой войны, когда из-за дефицита материала производители начали экономить на длине носков. Ну а в женскую моду носки (в их современном виде) вновь вошли в первой трети прошлого века.